Первым его увидел человек по имени Томас Хокс (он вез пшеницу в город Аврора, штат Пенсильвания). Одежда Джона Кингмана выглядела очень странной и отличалась от общепринятой. Ткань напоминала шелк, правда, одновременно казалась металлической. Хокс удивился, но решил для себя, что это, наверно, бродячий актер: выпил лишку и заблудился, а костюм забыл снять после представления. Он остановил повозку и любезно предложил незнакомцу подвести до города. Хокс спросил, как его зовут. Незнакомец презрительно молчал и вообще вел себя высокомерно. Хокс спросил, видел ли тот накануне ночью гигантские падающие звезды (у них в городке только о них и говорили). Незнакомец игнорировал все вопросы. Когда они приехали в город, тот с королевским достоинством встал посреди улицы и презрительно осмотрелся. Собралась толпа, но он ее высокомерно не замечал. Он жестом подозвал солидного пожилого человека, некоего мистера Уичерли, наклонился и начал что-то рисовать на дорожной пыли. Когда мистер Уичерли ничего не понял из его рисунка, то он страшно рассердился и стал плевать в толпу. Народ возмутился, и незнакомца пришлось забрать в полицейский участок.

Брейден терпеливо ждал, пока главный врач Мидвилльской лечебницы и человек из Вашингтона прочитают пожелтевшие от времени страницы. Потом спокойно объяснил:

— Он, конечно, сумасшедший. Параноик. Он так же убежден в своем превосходстве над нами, как, скажем, Наполеон или Эдисон, доведись им оказаться среди австралийских аборигенов. Может быть, Джон Кингман прав так же, как были правы они. Но если бы он был нормален, он мог бы это доказать. Вместо этого он погружен в созерцание собственного величия. Так что он — типичный параноик. Можно смело предположить, что он стал сумасшедшим, прежде чем появился среди нас. Но у него отсутствует мания преследования.

Главврач шокированно заметил:

— Доктор Брейден! Вы так говорите, что можно подумать, он — инопланетянин!