- Здесь все такое не прочное.

- Ребята переглянулись. Любому, кто впервые встречался с капитаном, он казался очень суровым человеком, а его голос нагонял дрожь. Но, в действительности, его характер был очень мягким. Однако было бы большой ошибкой принять мягкость за бесхарактерность. Друзья же, частые гости этого кабинета, (как самые активные участники ловушечной войны) хорошо изучили характер Кононова и видели, что гроза миновала.

- За что же вы своего товарища хотели искупать, да еще с опилками?

- Опилки были уже импровизацией, - сказал Марат.

- Ну надо же! - притворно восхитился Кононов. - Какие же вы молодцы! Сымпровизировали! За какие же грехи Марычева вы такое ему наимпровизировали?

Но говорить о зубной пасте в туфлях было бы явным доносом, поэтому все промолчали. Капитан, кажется, понял, потому что на ответе настаивать не стал. Неожиданно дверь распахнулась, в кабинет влетел еще один кадет, вытянулся по стойке смирно и отрапортовал:

- Товарищ начальник кадетского училища, курсант Марычев для получения наказания прибыл!

Капитан, с тайной радостью, посмотрел на Витьку - оболтус, но ведь не оставил товарищей, пришел, а мог отсидеться, друзья его не выдали бы и он это знает.

- И какое же наказание вы планируете получить, Марычев? Мне кажется, я вас не вызывал?

- Так ведь Элке, ой простите, Элеоноре Викторовне из-за меня досталось, точнее вместо меня.

- За что же вас так друзья любят?

Витька вздохнул:

- Наверное, за пасту.

Владимир Михайлович почувствовал как его брови, вопреки желанию, поползли вверх.

- Какой пасты?

- Зубной.

- Нельзя ли подробнее?

Витька рассказал.... Миша дополнил рассказ в той части, которая касалась его.

- Понять я вас могу. В детстве я и сам был не без греха. Однако мы старались избежать жертв среди мирного населения, - заметил капитан после окончания рассказа.