- Посмертный гороскоп нужен мне самому. Я желаю знать, каких высот достигнет моя посмертная слава! - Но, господин Закариас, - сказал я с недоумением. - Для составления гороскопа посмертной жизни клиента мне нужно знать точное время его смерти. К счастью, вы живы и даже молоды. Как же я могу... - Вы не поняли! - с пафосом воскликнул Закариас. - Я желаю, чтобы! Моя посмертная слава! Достигла границ Вселенной! - Да-да, и пробила брешь в Вечности, - согласился я. - Вот именно! Поскольку натальная посмертная карта зависит от времени смерти, скажите мне, уважаемый Шекет, когда я должен умереть, чтобы слава моя оказалась максимальной, всемирной, вселенской, безграничной и вечной! Я наконец понял мысль поэта и несколько опешил. - Но э.. - пробормотал я. - Надеюсь, вы не собираетесь... - Собираюсь! - твердо сказал Закариас. - Вы составляете для меня оптимальный вариант посмертной судьбы, и я покончу с собой в тот день, который вы мне укажете! Гонорар... - Вот именно, - заторопился я, - вы не забыли о ста тридцати двух... - Миллион! - воскликнул поэт. - Я составлю завещание, и вы получите миллион из моих будущих гонораров! - Очень мило с вашей стороны, - с кислым видом поблагодарил я. - Хотелось бы, однако, получить наличными при вашей жизни. - Все вы меркатильны и ничего не смыслите в Вечности, - махнул рукой поэт и показал мне кончик двухсотшекелевой купюры. - Замечательно, - сказал я, тяжело вздохнув, и пододвинул к Закариасу пульт компьютера. - Пожалуйста, внесите свои данные: дату рождения, место, чем болели в детстве... там есть опросник. Вы ж понимаете, что вашу посмертную судьбу я могу выяснить, только зная дату смерти, а дату эту... печальную... я могу оценить, зная вашу прижизненную натальную карту. И лишь потом смогу сказать, насколько нужно сместить дату смерти, чтобы вам была обеспечена вечная слава.