Гость. Как когда. Обычно ничего, только приглядываются. Лезут, куда их не просят. Но хуже всего эта их мазь — глея! Такая, вроде смолы, а уж как заинтересуется человеком — будь здоров! Надо идти отдавать все в арбореалиум.

Тарантога. А что такое это все?

Гость. Что все? Глея? Ну, глея… пасту из нее делают.

Тарантога. Пасту?

Гость. Да. У нас почти все из пасты делают. У нас нет ничего такого (показывает на электрическую лампу).

Тарантога. А что?

Гость. Паста. Даже такой стишок для малышей есть: «Паста светит, паста греет, паста деточек лелеет». Можно стены построить и одежду сделать… У вас нет пасты? Правда, ведь у вас и глеи нет.

Тарантога. А как вы были одеты, когда сюда прибыли?

Гость. Я вообще не был одет. В одежде нельзя выйти из хронобуса. Пришлось все снять…

Тарантога. И вы голый бежали за этой девушкой, чтобы поухаживать? Любопытные обычаи.

Гость. Вы смеетесь? Я был не совсем голый, там был куст с такими большими листьями, я отломал ветку.

Тарантога. И вы думали, что в таком костюме можно ухаживать?

Гость. Эта девушка тоже была почти не одета. Два маленьких таких лоскутка были на ней, вроде перевязок… Я вам правду скажу. Я думал… Ну, смейтесь надо мной, ладно! Я думал, что это пещерная эпоха… Мы ведь туда должны были ехать, а это, видимо, была лишь остановка. Почем я мог знать? Вижу: луг, дальше вода какая-то, идет себе девушка…

Тарантога. Я это слышал уже несколько раз. Значит, вас зовут Гипперкорн?

Гость. Да.

Тарантога. А где Новак?

Гость. Спит. Ему сделали укол.