– Без эго? Но…

– Никаких но. Слушай. На Хэйрайдене ты совершил ту же самую ошибку. Ты знал Дарру, а потому решил ее защитить. Сегодня ты защищал Тру. Ты думаешь, что делаешь это ради дружбы, но на деле лишь для того, чтобы возвысить собственное я.

– Мое собственное я? – Анакин был удивлен.

Соэра сложила руки.

– Ты знаешь, Анакин, дело пойдет гораздо быстрее, если ты не будешь повторять то, что я говорю. Да, свое собственное я. Ты думаешь, что ты лучший воин, чем они. Ты думаешь, что ты быстрее. И думаешь, что их всегда надо защищать. Позволь мне сказать тебе кое-что. Ты не лучше. Фактически, ты намного хуже.

Слова больно ужалили Анакина. Он чувствовал, как его лицо горит. Вечерний ветер был прохладен и его пот высыхал, но он не чувствовал это. Соэра вдруг развернулась и ударила его по руке ногой. Он даже не почувствовал удар, но его световой меч вдруг вылетел из руки и загремел по камням тротуара.

– И еще одно, – сказала она, – никогда не упускай из рук свое оружие.

Анакин подобрал меч и закрепил на поясе. Он поклялся себе, что Соэра Энтана больше не захватит его врасплох. Он использует то, чему она научит его. Он примет ее непростые уроки. К концу обучения она изменит мнение о нем. Он будет лучшим падаваном, которого она когда-либо учила.

Придя в Храм, он направился в клинику. Анакин пришел к Дарре. Она выглядела маленькой и беспомощной с этими механизмами, которые следили за ее состоянием. Ее глаза были закрыты.

– Привет, Анакин, – сказала она, не открывая их.

– Я пришел, чтобы пожелать спокойной ночи. Как ты себя чувствуешь? Тебе лучше?

– Намного, – она открыла глаза и посмотрела на него, – лучше, чем ты выглядишь. Что ты делал?

– Персональное обучение у твоего учителя.

Она издала сочувствующий стон.

– Ох. Жаль…

Он присел вниз так, чтобы быть с ней на одном уровне.