Ферус отступил. – Личный аргумент не продуктивен, – сказал он натянуто. – Мы встретимся позже и свяжемся с Оби-Ваном?

Анакин считал удары своего скачущего сердца. Он принял свой гнев и пытался его отпустить. Он представлял, как будто его покидает черное штормовое облако, уносимое сильным ветром, но следы его все еще цеплялись за него, и он не мог избавиться от него.

– Да, – сказал он неохотно.

Он развернулся и поспешил в столовую. Он сел рядом с Марит и Хураной. Харана был тиха, но Марит пребывала в хорошем расположении духа. Они не говорили о предстоящей миссии, но тайна, лежащая на них, давила на их беседу. Он мог видеть, что Марит полностью приняла его в команду. Она теперь доверяла ему.

Но ты собираешься предать это доверие.

Был ли он предателем? Он надеялся, что нет. Но придет время, когда ему придется оставить Школу и команду.

Анакин пошел на свое следующее занятие, чтобы не пропустить и не скомпрометировать команду. Затем он сказался больным и отправился в медпункт. Их чрезвычайный план заключался в том, что Ферус тоже выдумает причину, чтобы оставить занятие. Они должны были встретиться в его комнате.

Феруса там не было. Анакин ждал, смотря на часы и зная, что он испытывет свою удачу. Когда Ферус не появился, Анакин поспешил на следующее занятие. Там он надеялся увидеть Феруса и спросить его, почему тот настоял на встрече, на которой так и появился. Может быть, он был занят, полируя свой пояс.

Анакин занял свое обычное месте. Он оглянулся вокруг, но место Феруса было пусто. Профессор начал занятие, но Анакин не мог слушать. Место Феруса оставалось пустым. И вот тут Анакин заволновался всерьез.

После занятия Анакин быстро прошелся по коридорам. Он обыскал библиотеку, комнату Феруса, и все аудитории. Он обыскал стадионы, исследовательские центры и компьютерные лаборатории. Он как бы между прочим спросил Реймета о Ферусе, но Реймет тоже его не видел.