- Ты тот, что упал в вулкан на парашюте?

- Тот, тот! - закивал Виктор.

- Пожалуйста, держи меня за руку. Я чувствую: в меня вливается твое тепло. Оно отнимает меня у рыбы... Тепло сильнее холода... Правда, тепло сильнее холода?

- Правда...

Постепенно лицо ее прояснилось. Оксана будто заново ожила, сказала:

- Ты такой добрый... и ласковый... Спасибо тебе,- и прижалась к его плечу. Виктор смутился, застеснялся, но не отстранился от девушки. Они помолчали немного, потом он спросил: - Откуда ты, Оксана?

- Из Одессы... - вздохнула. - На Молдаванке жила. Может, слышал?

- Конечно, слышал. А как ты тут очутилась?

- Работала библиотекарем рыболовецкой флотилии. Эти гады напали на наше судно и потопили его... Вся команда погибла, только меня в бессознательном состоянии затащили сюда...

- И что, сразу же приживили фиолетовую рыбку?

- Нет, не сразу. Сначала, пока я убирала в лабораториях, меня не трогали. Потом, на мою беду, меня увидел Конрад и захотел забрать к себе, чтобы я во всем ему прислуживала, понимаешь, во всем... Я ужасно возмутилась, обозвала его наглецом, развратником, зверем... Ну он, конечно, не мог этого стерпеть, разъярился, приказал "пришить пуговку" и отправить на работу в подводное хозяйство...

Затем Оксана поведала, как тяжело живется в вулкане порабощенным людям, как издеваются над ними путчисты. Рассказала также про дрессированных рыб, про акулятник, про какое-то страшное морское чудовище, любимца Роберта Конрада, которое он называет Морской Красавицей, а люди-рыбы - Паскудой и Обжорой.

Оксана говорила быстро, комкала, глотала слова, будто куда-то спешила. Но Виктор уже почти не слушал девушку. От большого переутомления, от пережитых волнений его стало клонить в сон. Выпустил ее руку, зевнул.

- Для чего это ты раскрываешь рот?