Он должен явиться к консулу и сказать, что его вызвали по телефону. Возможно, его пошлют куда подальше, но также возможно, что непосвященный в секрет лакей отведет его в комнату с опущенными жалюзи. В этом случае он должен будет заменить разбитое стекло, внимательно, и притом незаметно, поглядывая по сторонам. Берю и я ждем развития событий в нашей машине, остановленной на приличном расстоянии от консульства. Толстяк перестал ворчать и с нежностью смотрит на хилую фигуру своего товарища. - Пинюш неплохой малый,- шепотом сообщает он.- Вот только энергии ему не хватает. Оцененный таким образом персонаж исчезает в здании консульства. - Как думаешь, они почувствуют подвох?- спрашивает Жирдяй. - Не могу тебе ответить,- вздыхаю я.- В этом деле я продвигаюсь на ощупь. У нас есть только предположения. Все очень шатко. А потом, работа с дипломатическим корпусом - штука деликатная. Проходит некоторое время. Берю достает из кармана полсосиски, которую начинает деликатно пережевывать. - Осталась от солянки, которую я ел на обед,- объясняет он.- Она такая большая, что я не осилил ее сразу. Я толкаю его локтем. Жалюзи на этаже, занимаемом консульством, только что поднялись. - Кажется, сработало!- хохочет Берю. Действительно, в окне появляется Пино. Издалека я вижу, как он отбивает молотком с острым концом старую замазку, чтобы освободить края стекла. Он работает прилежно. Стоя на стуле, Пинюш изображает из себя дятла. Несмотря на шум уличного движения, до нас доносятся звуки ударов молотка. Подготовив раму, Пинюш слезает со стула, чтобы вырезать стекло, и исчезает из нашего поля зрения. Как он долго! Надеюсь, он не теряет время зря. Пинюш, конечно, глуповат, но, когда надо, у него орлиный взгляд. От него ничто не ускользает. Проходит довольно много времени, и вот он снова залезает на стул, держа в руках вырезанное стекло. Он наклоняется, чтобы вставить его в раму, но тут теряет равновесие, выпускает стекло, которое падает вниз, машет руками и валится через подоконник.