–Двигатели в норме, обмотки в норме, энергия сто процентов... – рапорты следовали один за другим. Впервые за минус четверть века и ещё целый год, люди немного расслабились.

–Поздравляю, профессор, – слегка дрожащим голосом сказал Квинт. Но Мойше слишком устал, а легионеры были заняты проверкой систем; юноше никто не ответил.

Они посадили машину на холме, среди бесконечного леса. Турбины молчали: аппарат опустился на парашюте. Сразу после посадки люки были раскрыты и легионеры начали готовить площадку к повторному старту.

В кабине остались только Квинт и Мойше. Пока солдаты расчищали траву и оттаскивали подальше ветви – если при старте двигатели вызовут лесной пожар, может произойти парадокс времени – юноша нетерпеливо крутил ручку многодиапазонного радиоприёмника. Наконец, был пойман канал новостей.

–...сегодня с официальным визитом в Афины прибыл куратор четвёртого Западного региона Марк Октавиан. В программу визита в числе прочих вопросов входит обсуждение африканской проблемы. Аналитики сходятся во мнении, что будет принято решение о частичном смягчении тарифов на перевозку слоновой кости через...

Радио умолкло, когда Квинт дрожащей рукой нажал кнопку.

–Это решение было принято на двенадцатый день осенних календ 3093 года, – прошептал юноша. – Мы в прошлом!

–Вот и настало время для поздравлений, – невесело пошутил Мойше.

Квинт обернулся к профессору. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, внезапно юноша подался вперёд и горячо поцеловал учёного в губы.

–Вы сделали это! – в глазах Квинта отразилось неподельное восхищение. – Я не верил до последнего мига... Великий Марс, я буду рождён только через два года!

–Время идёт, – негромко ответил Мойше. – У вас всего тридцать шесть часов, чтобы изменить мир. Пора за работу.

–Воистину пора! – Квинт вскочил. – Мы скоро вернёмся, профессор, и в новом мире, мире где справедливость восторжествует, вы наконец получите причитающееся вам по праву. Я построю в вашу честь новую Академию!