Степ Степаныч удивился: - Положим, батя, у нас есть жены, с которыми мы все эти месяцы не виделись и относимся к ним как к невестам. Но если ты ухитрился в то же время обзавестись хотя бы "просто знакомой", то когда же ты спал? - Он хочет разыграть нас: придет со своей тетей,- сказал Юра. "Посмотрим, что ты запоешь, увидев "тетю",- подумал я. Мы с Майей нарочно пришли к самому звонку. Степ Степаныч и Юра с женами стояли в фойе у киоска и пили лимонад, переговариваясь: я не сомневался, что они судачили по моему адресу. Мы подошли к ним почти вплотную, оставшись незамеченными. Я произнес банальное: - А вот и мы! Полный бокал задрожал в Юриной руке, и он едва успел поставить бокал на столик. Майя искоса взглянула на меня. Я догадывался, о какой истории, связанной с бьющимся стеклом, она подумала. Прозвучал звонок. Мы с Майей направились в зал, а они пошли за нами. Я слышал нетерпеливый шепот их жен. Сгорая от любопытства, они допытывались у своих мужей, с кем я пришел и почему это так подействовало на них. В зале погас свет. Холодные пальчики легли на мою руку. Я накрыл их ладонью. - Ну и ну! - послышалось рядом. Это были первые слова Юры после нашего появления в театре. - Послушай, кто она такая? Это у него серьезное увлечение? - зашелестел обрадованный шепот его жены. Я решил больше не мучить ни в чем не повинную женщину. Наклонился в ее сторону, сказал на ухо: - Это сотрудница из лаборатории вашего мужа. Та самая, что била посуду, и он за это хотел ее уволить. (О себе я умолчал.) А увлечение у меня серьезное. Такое же, как у Юры, когда он женился на вас. - Спасибо за полную информацию,- почти невозмутимо, но с прорывающимися искорками смеха ответила Юрина жена и облегченно вздохнула. Когда мы вышли из театра в пляшущее сверкание реклам, в толпу суетливых пешеходов, что-то очень веселое и беззаботное, как детские бубенчики, звенело у меня в ушах. Рядом шли мои друзья, в моей руке была рука Майи... Завтра нас ждет увлекательная работа.