Однажды в грустный осенний вечер она сидела в своей "детской" перед старым зеркалом, много повидавшим на своём веку, и жаловалась на несчастливую долю, вынудившую её всегда принимать чужой облик. И тут в стекле появилась старуха. Марьяна испугалась, но вспомнила о том, что зеркала не всегда послушны -- иногда они показывают то, что сами захотят, -- и потихоньку разговорилась со старой женщиной. "Когда-то я была девочкой Алисой и ни слова не понимала по-русски", сказала та. "Впоследствии я становилась многими другими девчонками, из тех, которые никогда ни на кого не похожи. Таких называют баловницами. А ещё я часто бывала девушками на выданье…" -- "А теперь стала мною?" -- воскликнула Марьяна, забыв о вежливости и недослушав рассказ старухи. "Нет, что ты, я всего лишь твои горькие мысли", ответила та.

"Если ты -- мои мысли, то…" -- "Знаю! Я уже знаю о твоей беде. Выслушай меня внимательно. Тебе нужно найти человека, который тебя полюбит, он-то и увидит настоящую Марьяну: ту, которой ты должна стать. Но будь осторожна! Если этот человек не сможет как следует разглядеть тебя сразу, до следующей перемены в твоём облике, то не сделает этого никогда. Он так и не сумеет привыкнуть к твоему непостоянству и охладеет к твоей красоте. Тогда ты не получишь ни любви, ни себя самой".

Андрей замолк. Поднялся, выглянул в окно. "Вот такие пироги", сказал.

– - А дальше? -- спросил Димон.

– - Дальше скучно, -- ответил Андрей. -- Мы ж не дети малые… Что они там возятся? За такое время можно слона сотворить. Ну-ка, глянем!

Они вернулись в гостиную и очень удивились переменам в ней. Гирлянды и воздушные шары на стенах, цветные занавески на окнах -- всего этого раньше не было.

Стоя на коленях перед девушкой в длинном платье до пят, толстяк с самозабвенным пыхтеньем вшивал в бархат серебряную нить. Девушка казалась незнакомкой. Донская казачка, густые брови, жгучий взгляд… понятно, характер тот же, внешность другая… но что с Андреем? Изменился в лице человек -- ну прямо Гамлет, углядевший тень отца своего!