- Ну?

- Но ведь все знают, что он убийца. Уличен, приговорен.

И убийство-то было отвратительное, отправил на тот свет ни в чем не повинную иностранку.

- Её звали Розеанна Макгроу. Убийство и правда было отвратительное. Садистское. Но он был спровоцирован. Так ему казалось. Нам тоже пришлось пойти на провокацию, чтобы уличить его. Не понимаю только, как его могли признать нормальным.

- Чего там, - фыркнул Рад, и вокруг глаз его разбежались улыбчивые морщинки. - Я тоже бывал в Стокгольме. Проходил курсы судебной медицины. Половина врачей еще хуже, чем пациенты.

- На мой взгляд, Фольке Бенгтссон был явно помешанный. Какая-то смесь садизма и женоненавистничества. Он знает Сигбрит Морд?

- Как не знать. Он живет в двухстах шагах от неё. Ближайший сосед. Она одна из его постоянных покупателей. Но дело не только в этом,

- Так-так?

- Дело в том, что он в одно время с ней был на почте. Свидетели видели, как они разговаривали. Его машина стояла на площади. Он стоял в очереди за ней и вышел из почты минут через пять после неё.

Они помолчали.

- Ты ведь знаешь Фольке Бенгтссона, - сказал Рад.

- Знаю.

- Он вполне мог...

- Мог, - сказал Мартин Бек.

- Хочешь знать правду - а я всегда правду говорю, - так Сигбрит нет в живых, и положение Фольке незавидное. Не верю я в случайные совпадения.

- Ты говорил о разводе.

- Точно, был муж. Капитан торгового флота, только слишком пристрастен к алкоголю. Шесть лет назад у него что-то с печенью произошло, его отправили домой из Эквадора. Уволить не уволили, но и здоровым не признают, поэтому он больше не плавает. Приехал сюда, продолжал пить, кончилось тем, что они развелись. Теперь он в Мальмё живет.