- Словом, если Сигбрит мертва, тело искать можно в сотне мест. А если она села в машину к Фольке или еще к кому-нибудь, то скорее всего её надо искать за пределами участка. Тут уже вариантов будет тысяча.

Поселки следовали один за другим: Беддинге, Скатехольм. Рыбачьи поселки, отчасти превращенные в курорты, но со вкусом. Никаких высотных зданий и роскошных отелей.

- Скатехольм - здесь конец моего участка, - доложил Рад. - Дальше начинается участок Истад. Доедем до Аббекоса. А это - Дюбек. Грязь, болото. Самый неприятный участок на всем берегу. Может, она лежит тут в трясине... Ну вот и Аббекос.

Рад сбавил скорость.

- Да, вот здесь она и жила, та лапушка, которая научила меня трезво смотреть на женщин. Хочешь на гавань поглядеть?

Мартин Бек молча кивнул.

Они вышли из машины и сели каждый на свою сваю. Над молом кричали чайки.

Зеленый "фиат" остановился в двадцати метрах. Его пассажиры остались сидеть в машине.

- Знакомые? - спросил Мартин Бек.

- Нет. Молодежь... Если им что надо, подошли бы, поговорили. Не скучно им так сидеть и таращиться...

Мартин Бек молчал. Он становился все старше, журналисты - все моложе. С каждым годом контакт все хуже.

- Так почему тебя интересовало мое отношение к женщинам? - спросил Рад.

- Сдается мне, что нам очень мало известно о Сигбрит Морд. Мы знаем, как она выглядела, где работала, знаем, что держалась скромно. Разведена, бездетна. Вот почти и все. А ты задумывался над тем, что она была в том возрасте, когда многими женщинами овладевает отчаяние? Особенно если нет детей, нет родных, нет никаких интересов... Считают себя полными неудачницами, в том числе в личной жизни. И часто совершают глупости. Идут на необдуманные связи.

- Благодарю за лекцию, - сказал Рад.

Поднял с земли дощечку и швырнул в воду. Пес тотчас прыгнул в море.

- Молодец, - вздохнул Рад. - Теперь он мне совсем загадит заднее сиденье. Значит, ты хочешь сказать, что у Сигбрит была тайная любовь или что-то в этом роде.