- Я желаю нам всем, чтобы та мечта, ради которой мы жили и живём, осуществилась, - слова возникали из ниоткуда; но сознание оставалось кристально чистым - это были всё-таки мои мысли, мои слова. - Я прошу вас запомнить этот день, что бы ни случилось с вами впоследствии. Тем, у кого нет ещё мечты - я прошу, прислушайтесь к себе. Вы просто не слышите её голоса. Но вы услышите его.

- Я рада оказанной мне чести, - я положила руки перед собой и люди внизу, все, шевельнулись, будто не желали, чтобы я уходила. - Мне будет недоставать этого дня, но всё лучшее ещё не произошло.

И, поклонившись на три стороны света, я в который уже раз исполнила знак Всевидящего Ока.

И вот тогда начались аплодисменты.

Что-то тихо щёлкнуло, и я поняла причину суматохи у меня за спиной. Пока я говорила "от себя", микрофон не был включен.

- -

- Изумительно, изумительно! - восклицал Майстан, вытирая слёзы. К своему собственному изумлению я понимала, что это всё на самом деле. Его действительно тронули мои слова.

- Май, ты прелесть! - меня обняли три совсем молоденькие студентки - вид у них был одновременно виноватый и сияющий. А мне хотелось провалиться под землю. От смущения - я не могла понять, за что мне всё это.

Руки вновь начали трястись.

Майстан заметил это первым.

- Бывает, тахе, - кивнул он. - Вы переволновались. Давайте, я провожу вас - может быть, желаете чего-нибудь выпить? Безобидного, добавил он немедленно. Ну да, мне же не положено пить ничего крепче сока...

- С удовольствием, - кивнула я. И мы прошествовали с ним, важно и молча, мимо многих людей, каждый из которых улыбался. Нет... не пойму... такого не должно было быть. Ну да ладно. Будет, что вспомнить.

Буфет был почти пуст. Сегодня все будут в Больших Праздничных Залах. Единственный раз в году не будет ограничений на то, чтобы "лица противоположного пола участвовали в празднествах в помещениях, предназначенных иному полу". При таком количестве одновременно обедающих студентов - вовсе не архаичная мера предосторожности...