- Эй, товарищ Добрынин! Товарищ Добрынин! - затормошил кто-то спящего народного контролера за плечо.

Открыл глаза контролер, а на него солдат с испугом смотрит.

- Вам плохо? - спрашивает.

- Нет, хорошо... - отвечает Добрынин.

- Вы кричали во сне... - лепечет солдат. - Может, выпьете еще, успокаивает, я по себе знаю... спирт - она штука такая, и нервы лечит.

- А что я кричал? - поинтересовался Добрынин.

- У-У-УУУУУ - повторил солдат. - Как метель завывает или поезд идет. Добрынин кивнул.

- А мы что, приехали уже? - спросил он вдруг, сообразив, что танк стоит на месте и тихо вокруг.

- Ага, - ответил солдат.

Добрынин обернулся на Ваплахова посмотреть, но Дмитрий спал, весь изогнувшись на неудобном сиденьи. Спал крепко и даже не сопел.

- Так что, вылезать будем? - спросил Добрынин.

- Я счас, - заговорил солдат. - Я только схожу к радисту Петрову, чтобы отрадировал он командиру, что мы доехали, и спрошу, где вы жить будете, так что отвезу вас потом на место, а потом уже назад. Давайте вместе еще бутылочку... последнюю фразу солдатик-танкист произнес совсем негромко, почти шепотом.

- Да-а-авай... - просопел, не открывая глаза, Вапла-хов. - Народ мой помянем...

- Э-гэ... - удивился вслух Добрынин. - Где это он уже поминать научился?

- Эт пока вас не было... в городке поминки справляли... третий год, как отряд с соседнего военгородка пропал... - ответил солдат.

- Как пропал?

- Кто его знает. Зима суровая была, а они на радиосвязь не выходят. Весной после пурги поехали посмотреть - городок целый, а людей нет, и вещей нет... Пусто совсем... Больше их и не видели нигде... Да и кто их увидит, если вокруг никто не живет... Ну ладно, я полез, а вы подождите...

Танкист просунул свое щуплое тело в люк, и только подошвы его сапог мелькнули над головой Добрынина.