Прошло уже не менее двух часов с начала работы, а глубина могилы не превышала полутора метров. Ко всему прочему добавилась и ещё одна неприятность. Макушку нестерпимо обжигало солнце, а по голому торсу ударял жуткий могильный холод. Стас периодически выпрыгивал на поверхность, чтобы подставить замёрзшую спину под жаркие лучи и одновременно воткнуть голову в куст акации, во избежание полного расплавления мозгов. Очень скоро Громов понял, почему же именно так устроены его орудия труда. Короткой лопатой было очень удобно орудовать в тесном пространстве, но совершенно невозможно было выбрасывать ею землю со дна могилы. Вот здесь-то и пригодилась совковая лопата с удлиненным черенком. Во, как! Всё продуманно! Дальше дело пошло ещё сложнее. Теперь выбраться из могилы без посторонней помощи было практически невозможно - всё-таки зарылся. А так хотелось. Продрогшее тело уже передёргивала судорога, и зуб на зуб не попадал.

- Ага! - послышалось сверху. - Задрог!

Стас задрал голову. На краю могилы добродушно улыбался сторож.

- Холл-л-лод-дно зд-д-десь, - лязгая зубами, заметил Стас.

- Верю. - Панама Егорыча сочувствующе покачнулась. - На-ка вот, согрейся. - К ногам Стаса упал пол-литровая пластиковая бутылка.

Стас отвинтил пробку и послушно сделал большой глоток. Горло мгновенно перехватил спазм, а желудок превратился в колючий клубок. Спирт, он есть спирт. Пока Громов ловил раскрытым ртом воздух, силясь привести свой организм в норму, вниз по одной из стен сползла верёвка.

- Эй, - склонился над могилой Егорыч. - Ещё с полметра и хорош. Не боись, держись за верёвку. Она тута за дерево привязана. Опосля придёшь в сторожку.

Алкоголь согрел и придал силы. Оставшиеся полметра Стас проковырял со скоростью экскаватора. Вскарабкавшись по верёвке наверх, с опаской глянул вниз. Глубина вырытой им могилы достигала не менее трёх метров, что несколько противоречило общепринятым стандартам погребения.