— Тигровой. Но его ещё не привезли.

— Ой, никогда не слышала про таких…

— Не может быть! Наверняка слышали. Рыжие, с черными полосками, вот такого роста, они ещё рычат так очаровательно, — Шу показала рукой примерно на уровне груди и невинно похлопала ресницами, не давая девушке разобраться, шутит она или нет.

— Пожалуй, мне больше нравятся минийские коты, — Кей ободряюще улыбнулся Сиэле, но тут же опустил её с небес на землю, — думаю, я подарю своей невесте именно такого. Как вы считаете, лучше девочку или мальчика?

— У мальчиков окрас темнее, Ваше Величество, — в глазах красотки читалось беспредельное разочарование в жизни.

— Благодарю Вас, сударыня, нам было приятно беседовать с вами, — с истинно королевским невозмутимым равнодушием Кей распрощался с неудавшейся обольстительницей.

— Ну, наконец-то, я снова вижу родного брата, а не сопливую размазню! — Шу озорно подмигнула Кею, — смотри, старшенькая наша как злится. Вон, сколько важных лиц наприглашала, полюбоваться на твое беспримерное падение.

— Ага, сейчас. А от дохлого осла уши? — Его Величество ехидно ухмыльнулся.

Изобразив изящный поклон, Кей подал сестре руку, приглашая на танец.

— Признавайся, проныра, ты устроила? — ни любопытные взгляды гостей, ни музыка не мешали им беседовать.

— Что? — танцевать с братом было легко и приятно.

— Не хлопай глазками, неубедительно. Зак признался.

— В чём признался?

— Во всем.

— А поподробнее?

— Уй, какие мы невинные, уй, какие глазки у нас честные! — Кей довольно смеялся. — Уй, так я и поверил!

— А чем докажешь? — Шу хихикала не менее довольно.

— А зачем доказывать, если у тебя на лбу всё написано?

— Неправда. Ничего у меня на лбу не написано. Ну, разве только… — Шу многозначительно замолчала.