— Хорошо. Думаю, я чувствую себя хорошо. Не приснился ли ей Дзим? Жгучая боль в шее, руки, вытягивавшие из нее жизнь, точно так же, как тогда, на корабле. Жуткое ощущение какого-то другого существа под его одеждой, зловещие движения под складками мантии…

— Где я? Что случилось?

Мысли ее путались и разбегались, и она была настолько измучена, что не в силах была их собрать.

— Боюсь, я не могу сказать, где вы находитесь, ваше превосходительство, — в его голосе звучало неподдельное сожаление. — Поймите, вам лучше этого не знать. Меня зовут Лигеус Сарпетиус Ворн.

— Ворн… — с величайшим трудом, словно складывая рассыпающийся карточный домик, Лея собралась с мыслями. — Лигеус Ворн… Вы пилот Сети Ашгада, верно? И Дзим… Дзим был здесь. Это Нам Хориос?

— Дзим был здесь? — он взял чашку из ее протянутых рук, нахмурив темные брови. — Думаю, вам достаточно, ваше превосходительство. Я принесу вам воды.

Он опорожнил чашку, в которой, как думала Лея, и была вода, у низкой стены возле края террасы. Она сидела, глядя, как сверкающая струйка течет вдоль стены дома, по камням утеса, на котором он стоял, пытаясь услышать, как она падает на сланец, щебень и кварц в двухстах метрах внизу.

— Посидите на солнце, — мягко предложил пилот. Голос его был очень тихим, но глубоким и по звуку одним из самых прекрасных голосов, которые ей приходилось слышать. — Я сейчас вернусь.

Лея осталась сидеть — не потому, что ей так сказали, но потому, что солнечные лучи приятно согревали ее лицо; казалось, к ней медленно возвращается тепло после жуткого холода.

«Бореалис», вспомнила она. Что случилось на «Бореалисе»?

Она, видимо, была больна. Вернулось воспоминание о холоде, медленно проникавшем во все ее члены. Или это было позже, когда к ней пришел Дзим?

Ашгад, судя по всему, забрал ее с корабля и привез сюда. Она ничего об этом не помнила. Неужели капитан Иоа решил, что она мертва? Но в этом случае ее тело доставили бы на Корускант, а не сюда.