— Ну, в какой-то мере ты права. Спи. Завтра нам придется идти быстрее, чтобы к ночи достигнуть границы Долины. На следующий день к вечеру мы должны выйти из Долины. В сумерках я не рискну там оставаться.

Медянка кивнула и, накрывшись легким одеялом, которое носила за спиной, улеглась спать. Добер сидел около маленького костра и раздумывал о том, с чем им придется столкнуться через день. Когда он взглянул на девочку, то обнаружил, что она крепко спит, уже не сжимая в руке свой штырь. Ему сделалось одновременно и тоскливо и приятно. Такой маленький ребенок в этих диких местах — и доверился первому встречному после двух дней знакомства. Добер представил себе, что с ней было бы, окажись на его месте кто-то другой, но поскорее отогнал от себя жуткие картины. Думать о том, что «было бы, если бы», он считал вреднейшим занятием.

Он посидел еще немного и, не заметив ничего подозрительного, тоже улегся спать.

На следующее утро он проснулся с мыслью о том, что надо бы разузнать побольше об этой бесстрашной крошке. Хотя и предчувствовал, что сделать это будет непросто — Медянка и так подозревала его, а Добер не хотел усиливать ее подозрительность.

Когда они завтракали сухарями и кофе, он кинул пробный шар:

— У тебя настолько срочные дела в Атике, что ты боишься потерять неделю на обход Долины?

Девочка, хрустя сухарем, ответила:

— Нет, не очень срочные. Просто не люблю терять время.

— А потерять голову тебе хочется? — не удержался Добер.

— Да что ты меня все время пугаешь? — возмутилась она.— Ты сам-то в этой Долине сколько раз был?

— Четыре.

— Ну вот!

— И откуда ты идешь?

— С Черных болот.

— Ну и место! — вздохнул Добер. — Получше не нашлось?

— Не, там у меня приятель. А ты был на Черных болотах?

— Приходилось года два назад. Ну и вонища там!

— Зато туда мюрдеры не ходят. Там поселок, прямо в центре болот, на острове.