- Так-то лучше! - улыбнулся Сергей, забрал четыре бутылки и, не рассчитываясь, вышел на улицу.

- Пойдем, Юра! Сегодня будем пить на халяву!

К двенадцати часам дня приятели были изрядно под градусом.

Глеб Жеглов и Володя Шарапов за столом засиделись не зря Глеб Жеглов и Володя Шарапов ловят банду и главаря! - надрывался из последних сил магнитофон, включенный на полную мощность.

- Левой в печень, локтем по почкам и коленом в репу! Моментом отключился, - хвастался захмелевший Соловьев. - С Николай Васильевичем стоит иметь дело! Такую телку вчера подогнал. Пальчики оближешь! Сама худенькая, а грудь полная, бедра округлые. Кожа гладкая, загорелая! Сперва я ей в рот, потом...

В этот момент зазвонил телефон.

- Ничего не поделаешь, дела, - многозначительно сказал Сергей, выслушав очередное задание и засовывая в карман газовый пистолет. - Заходи вечерком. Продолжим "лечение", а может, девочек выпишем...

В это самое время Николай Васильевич нервно расхаживал взад-вперед по кабинету, как тигр в клетке. "Падлы! Пидорасы! Козлы!" - яростно шипел он. Из переполненной пепельницы вываливались окурки, в воздухе плавали густые клубы сигаретного дыма.

- Галя, сделай кофе! - резко крикнул Шабанов и вновь углубился в свои мысли. А задуматься было над чем. Не далее как сегодня утром ему позвонил домой главный бухгалтер и сообщил пренеприятнейшее известие: торговый дом "Энко", которому Шабанов два месяца назад поставил большую партию женского трикотажа, в очередной раз отсрочил платежи, ссылаясь на "объективные трудности".

- Ждут, гады, пока инфляция сожрет мои денежки, - с ненавистью бормотал Николай Васильевич, - ни стыда ни совести.

То, что он поступал со своими рабочими точно так же, Шабанова не смущало. Одно дело он, а другое дело с ним! Безобразие!

В дверь постучали.

- Да! - зло отозвался коммерсант, но, увидев вошедшего, впервые за весь день улыбнулся: - А, Сережа! Наконец-то! Присаживайся! Тут такое дело! Слушай!