— Полковника Ерофея ко мне. Хватит пепел пересыпать, пора делом заняться.

Адьютант склонил щегольскую фуражку и умчался. Я нерешительно глянул на полковника.

— Послушайте…

— Полковник Свенторжецкий, — с готовностью представился тот.

От удивления я чуть язык не проглотил. Неужели мой уровень компетенции повысился настолько, что работники соседнего отдела рискуют представляться? До сих пор мне называли фамилии простые и ясные: Иванов, Петров, Козлов… Учебник русского языка для папуасов Новой Гвинеи. Штабисты не то ленились выдумывать псевдонимы, не то пороху, то есть мозгов не хватало.

— Да-да. Свенторжецкий Аристарх Леопольдович.

Час отчасу не легче. От подобного сочетания повеяло либо опереттой, либо дворянством.

— Можете без чинов, — разрешил я. — Называйте меня просто Петр Петрович.

— Слушаюсь, товарищ генерал-лейтенант, — вытянулся полковник.

— Опять?

— Виноват, товарищ Петр Петрович.

— Так вот, Аристарх… э-э… Леопольдович… Признавайтесь… То есть ответьте мне на один простенький вопрос. Причем ваш ответ во многом определит направление расследования. — Он кивнул. — Успели эвакуировать базу или нет?

— Нет.

— Тогда где трупы?! — в упор выстрелил я.

Свенторжецкий смутился. Действительно, куда пропал весь персонал центра? И курсанты, и преподаватели…

— Н-не знаю. Пока мы не нашли ни одного… человека. Но ведь мы еще не были в подземной части.

— Она так велика?

Полковник развел руками.

— Куда больше, чем хотелось бы. Сами понимаете, мы не можем показывать всем и каждому, что происходит у нас. А после появления спутников-шпионов просто не осталось иного выхода, как зарыться поглубже. Полагаю, там можно спрятать целую дивизию. Боюсь, мы можем проплутать не меньше недели, прежде чем осмотрим подземелья полностью.

— Значит, этот объект закрепили за вашим управлением? — невинно поинтересовался я. — Мне о бункерах ничего не известно.