Желание охоты и возобладало в ней сейчас. Она привлекла внимание Форса к клочку влажной почвы, в котором глубоко отпечатался след оленя. След был свежий — даже когда Форс рассматривал его, несколько песчинок скатилось с края во впадину следа. У оленей хорошее мясо, а запасов у него немного. Может быть, стоило свернуть в сторону. Ему не нужно было ничего говорить Люре — она уловила его решение и сразу же устремилась по следу. Он осторожно двинулся за ней бесшумным шагом охотника, которому он научился так давно, что уже не мог и вспомнить всех уроков.

След уходил от остатков древней дороги под прямым углом, через линию обвалившейся стены, где из куч земли и кустарника торчали старые потрескавшиеся кирпичные столбы. Вода с листьев и ветвей окатывала обоих охотников, приклеивала домашней выделки краги Форса к его ногам и просачивалась в сапоги.

Он был озадачен. По всем признакам, олень мчался, спасая свою жизнь, и все же, что бы ни угрожало ему, оно не оставило никакого следа. Но Форс ничего не боялся. Он никогда не встречал ни одного живого существа — человека или животного — которое могло бы выстоять под ударами его стрел со стальными наконечниками или существа, с которым он постарался бы избежать встречи лицом к лицу, держа в руках свой короткий меч.

Между горцами и кочевниками-степняками был договор. Звездные Люди часто подолгу жили в сшитых из шкур палатках пастухов, обмениваясь с этими вечными скитальцами знаниями об отдаленных местах. И его отец нашел себе жену среди них. Конечно, между родом человеческим и скрывающимися в руинах Чудищами была война не на жизнь, а на смерть. Но Чудища никогда не осмеливались отходить далеко от своих сырых, дурно пахнущих нор в развалинах зданий, и, разумеется, нечего было бояться встречи с ними в такой вот открытой местности! Поэтому он уверенно и безрассудно, пренебрегая опасностью, пошел за Люрой.