— Еды принес? — спросила она.

— Не повезло, — ответил я.

Я сказал правду. Мы, конечно, были голодны, но, думаю, не настолько, чтобы съесть карлика. Я уселся в нескольких шагах от нее и стал поправлять плащ. Чресла мои, кажется, не угомонились нисколько. Наоборот, в присутствии Шейри возбуждение усилилось. Я подумал: "Дружок, ты делаешь метку не на том дереве. Если есть женщина, которая еще меньше интересуется…"

В тот же миг плетельщица была на мне.

Я не мог поверить — только что она сидела, странно глядя на меня, и вот уже прыгнула, причем с такой силой, что от толчка я ушиб затылок, стукнувшись о стену пещеры. Рука Шейри отправилась прямо к тому месту, которое я пытался спрятать, словно она знала, что там творится. Глаза ее светились диким огнем, она душила меня поцелуями, поспешно стаскивая с нас обоих одежду. Я не тешил себя мечтой, что вдруг обрел неотразимую привлекательность и она-то и заставила Шейри прореагировать на меня столь бурно. Конечно, это было кольцо. Проклятая ювелирная безделушка была каким-то образом заколдована — и против заклятия не мог устоять никто, даже такая опытная плетельщица, как Шейри. Она была не в себе. А учитывая данное обстоятельство, я был бы неотесанным хамом, прямо-таки законченным подлецом, воспользовавшись ее состоянием. И если вы думаете, что я этого не сделал, значит, вы невнимательно слушали.

Честно говоря, не могу отделаться от мысли, что мне не удалось бы удержать ее на расстоянии, даже если бы я очень этого захотел. Остановить плетельщицу было нельзя, и, спасибо кольцу, я был готов встретить вызов.

А потом встретить его еще раз. И еще.

И еще.

Всю ночь напролет.

Я сбился со счета. К тому времени, как наступило утро, голова моя кружилась от усталости, а живот сводило от голода. Но мой внезапно стойкий солдатик был опять на посту, а Шейри не потеряла воодушевления. Я позволил ей делать со мной все, что она захочет, потому что уже так устал, что не мог шевелиться и просто лежал, распростертый на каменном полу, думая о том, как бы принять ледяную ванну.