Другой просто потерял все деньги, прикинул возможности и последствия, а прикинув, жестоко запил. Восемнадцать дней один пил, а другой искал работу. На девятнадцатый пили оба. На двадцать первый к ним явился неизбежный инспектор по социальным проблемам. Кончилась, голубчики, отсрочка. На Земле 18 миллиардов человек, слышали? Пособие отменили при ваших папах и при вашей маме, помните? Перспектива у вас соответствующая, осознаете? Вместе с инспектором явился господин в очень дорогом пиджаке. Оказалось, менеджер проекта... Ну так что, "новая жизнь" или трудовой лагерь общего режима?

- ...Послушай, Вадя, почему ты такой пессимист?

- Потому что мне скоро сорок. И давно уже не пятнадцать.

- Что ж, всем терять надежду в сорок лет?

- Нет, только умным и неверующим.

- Мне это неприятно. Как же ты можешь считать людей такими бессердечными! Они хотят помочь нам, хотя бы и насильно. Без насилия объективно нельзя обойтись на первом этапе. У нас ведь все отобрали. Средства к жизни, дом, семью. Что у нас еще можно взять, мы голы!

- Найдется.

- Неужели ты отрицаешь в людях добро? Неужели ты полагаешь, будто они неспособны к милосердию? Вадя, нельзя жить с таким холодным сердцем! Для меня, например, вполне естественно, когда кто-то желает помочь ближнему. Современное общество построено на гуманности.

- Не трынди! Этот брешет-заливается, и ты еще!

- Прости. Мне как-то тревожно, Вадя...

После митинга людей развели по блокам, установленным на автопогрузочных платформах. Стандарт-блоки похожи на пластмассовые детальки из детского конструктора. Только во много раз больше. Четыре стояка, из каждого торчит по пять рядов прозрачных капсул. Медики спешно колют очередному колонисту снотворное, помещают безвольное тело в капсулу, задраивают люк и включают режим автономной поддержки.