— Ну все, хватит, — Ольга схватила Диму за уши и потянула вверх, — носки — это перебор.

— Ладно, хватит, — согласился покорно Дима. — Обсудим будущее.

— Будущее у нас радостное и близкое. Муж сдаст отчет по поездке, планировалось, что после этого он сразу же на вечер отбудет в Ленинград. Но перестраховаться не помешает, позвони.

— Мы не пойдем с тобой в гостиницу.

— А куда мы пойдем?

— Мы пойдем к моим друзьям в студенческое общежитие и будем играть в рулетку.

— Потрясающе… На деньги?

— Нет, не угадаешь, пусть это будет сюрприз. — Дима схватил Ольгу за волосы и притянул ее лицо к своему. — Жизнь, она вообще — сплошная рулетка.

— Да уж, — Ольга шутливо отбивалась, — всегда есть кто-то, кто крутит колесо!

— Не знаю, мне интересней играть, а не крутить колесо.

— Поэтому ты подрабатываешь там и сям, а не вершишь судьбы.

— Это твой муж, надо понимать, вершит судьбы? — Дима стал серьезным и грустным, он надевал трусы, вечернее солнце спокойно и ласково обливало его белые волосы оранжевым светом.

Ольга тоже посерьезнела.

— По-твоему, лучше полагаться на какого-то распорядителя своей жизни, чем самому распоряжаться? От решения моего мужа сейчас зависят многие судьбы тех, кто просто играет в рулетку!

— Он что, такой всемогущий? Он вообще кто, а то мне уже страшно. — Дима подошел к окну и смотрел на город внизу.

— Он — шишка, — сказала Ольга, — и он меня любит.

Дима, сцепив зубы, смотрел на Москву в закате: Москва плавала в золоте, разбавленном чистой голубой краской июньского неба. Дима вышел на балкон. Игрушечные павильоны выставки, смешная крошечная статуя колхозницы и рабочего, но его взгляд выхватил странную суматоху, милицейские машины и странно бегающие туда-сюда толпы народа.

— Рулетка крутится. — Дима невесело усмехнулся.