— А ты можешь? — спросил Дима, усевшись на кровати в позе «мыслителя».

— Понятия не имею. Вот странно. — Она улыбнулась, словно что-то вспомнила. — Я вчера тоже пила такое же шампанское. С мужем, — добавила она и тут же пожалела об этом.

Дима встал обиженно и прошел в ванную.

Он надевал футболку на влажное тело, футболка сопротивлялась.

— Я надеюсь, ты не будешь закатывать мне истерики, когда я буду говорить о своем муже?

— Как мы можем говорить о твоем муже? О чем мне надо знать? Когда он уехал в командировку?

— Все дело в определении уровня, — сказала Ольга и откинулась навзничь на кровати, не выпуская тонкого длинного бокала.

— Уровня чего? — Дима сел на пол возле ее ног.

— Уровня отношений и привязанности.

— Какая ты рациональная! Я вот не хочу думать про наши отношения, потому что их нет, а насчет привязанности… Нас просто тянет друг к другу, какая тут, к черту, привязанность, это же физиология.

— Ты меня специально злишь.

— Ладно, лучше поговорим, какие у нас перспективы. Знаешь, я в этих гостиницах чувствую себя идиотом.

— Почему? И почему это у тебя гостиницы во множественном числе?

— Потому что здесь открывалка для бутылок лежит в холодильнике! Это совсем не по-русски. С ума сойти можно, пока найдешь. Сервис.

— Мой муж приедет сегодня. Позвони мне завтра в обед, часа в три.

— Так, значит, будем ждать от командировки до командировки. Откуда он приезжает?

— Калининград. Ты что, никогда не приспосабливался с замужней женщиной?

— Представь себе! Девочки прибегали по первому звонку, никаких папиков, или как их там. Правда, — добавил Дима, прижав ступни Ольги к лицу, — у меня не было еще таких красивых девочек. А вдруг я захочу видеть тебя каждый день?

— Это вопрос или просьба?

— А вдруг ты влюбишься в меня, бросишь мужа…

— Это вопрос или просьба?

— Будешь готовить по утрам манную кашку — она очень полезна, — накручивать на ночь бигуди, читать мне вслух… Я, кстати, не люблю читать, а слушать люблю, стирать мои носки…