– А что, если поджечь стены? – прошептал бухгалтер. Они ведь деревянные… или крышу распотрошить?

– И задохнуться в дыму? Уймитесь, малодушный! Если вам так уж страшно, так запритесь в сортире и ждите позорной смерти от медвежьей болезни. Отчего это у вас столь задумчивый вид, Ромуальд? Вы тоже думаете о капитуляции?

– Ни в коем случае, уважаемый тесть. Я пытаюсь вспомнить кое-какие заклинания, но честно сказать, в голове крутится как раз то, при помощи которого привидений и вызывают, а никак не наоборот.

– Этого нам только не хватало! – вздохнул Шон. – Слушайте, друзья мои, а может нам пока выпить? Может, наши могучие коты испугали этих тварей так, что больше они и не полезут?

– Это отличная идея, – согласился хозяин. – Дрызгалли, бегите ко мне в номер и найдите там седельную флягу с перцовой. Там должно оставаться еще литров так пять – для начала нам хватит.

– Тем более что время работает на нас, – поддакнул осмелевший хозяин таверны.

– Ох, боюсь, они уже идут, – едва слышно прошептал Жирохвост, прижимая в ярости уши.

Мудрый кот оказался прав. Не успел барон Кирфельд сподобиться и на пару глотков, как со всех сторон зашуршало, и даже ковер под ногами пошел мелкой рябью. Вслед за шуршанием последовал знакомый уже скрежет: дверь номера барона стала медленно, но неумолимо превращаться в труху. Жирохвост бросился вперед, однако был остановлен рыком Шона:

– А ну-ка ша! Прячьтесь все за мою спину!

И едва его распоряжение было исполнено, Шон дохнул на полчища призрачных грызунов коньячно-чесночным перегаром. И скрежет, и шорохи прекратились вмиг, лишь таял где-то вдали жалобный мышиный писк. Дракон горделиво повел плечами, и тут что-то шлепнулось с потолка прямо ему в раскрытую пасть. От неожиданности Шон содрогнулся и вскрикнул.

– Тьфу! – выхаркнул он. – Кажись, одна обнаглела до того, что решила закусить не дверью, а мной!