- Да... стараюсь...- Вер облизнул воспаленные губы. - Код "Нереиды"...

- Я с этой писулькой подался в контору адвоката. Протягиваю письмецо, и через час - долго искали - выносят металлический ящик.

- Ты украл документы Элия, - констатировал Вер. - Не думаю, что мой друг придет от этого в восторг.

Но старого вигила не так-то просто было смутить.

- В ящике было всего две бумаги. Первая - перечень документов, которые были уничтожены после гибели "Нереиды". Все данные расследования сожгли по личному приказу императора. А вторая бумага - письмо трибуна "Нереиды" Корнелия Икела Адриану, отцу Элия. Письмо вежливое. Всякие прости, извини... "но открыть тебе, сиятельный, подробности гибели когорты не могу. В интересах родственников легионеров". Именно так и сказана - "в интересах родственников".

- И все? - Юний Вер сел на кровати. Курцию показалось, что под туникой больной что-то прячет - то ли большое яблоко, то ли мячик.

- И все. Странная история. Если эти две бумажки хранились в тайнике Макция Проба, то что же было в самих документах? Кто уничтожил когорту сопляков, которые никогда не воевали?

- Ты говоришь - они не воевали. Но ты же был среди них... тебя ранили, ты попал в больницу...

- Я был болен, а не ранен. Маялся поносом.

- Думаешь, их убили?

- Не знаю. Хорошие были ребята. Ну, может, рассуждали лишку о высших материях и Космическом разуме, да о таких вещах, в которых я мало понимаю. Жаль, что все они погибли.

- Все, кроме Корнелия Икела, - напомнил Юний Вер. - Где это произошло?

- В какой-то крепости в Нижней Германии. Там есть колодец, который называют колодцем Нереиды. Удивительное совпадение. Когорта "Нереида", колодец Нереиды... А крепость-то далеко от моря.

- Нереида... - прошептал Вер.

Так почему же их убили? Молодых аристократов, дерзких и бесшабашных, готовых на подвиги ради Великого Рима. Вер был среди них в ту ночь несмышленым мальчишкой. И ничего не помнил. Когда Вер напрягал память, мерещилось ему какое-то помещение, то ли погреб, то ли подвал. Свет факелов. И множество людей. Он ощущал их тепло, их боль. Но лиц не помнил.



5 из 378