— Значит, вы всемером победили отряд из тридцати двух человек? — Спросил незнакомец.
— Тридцать один человек. — Поправил Дик.
— Их было тридцать два. — Произнес капитан.
— Может, я ошибся, когда считал. — Ответил Дик, решив не спорить.
— Вы можете показать свой бой на арене?
— Наверное, я не знаю, что такое арена. — Ответил Дик. Значение слова было примерно ясно.
Семерку отправили с корабля в город. Ее провели под конвоем в какой-то фургон, и тот, гремя колесами по булыжникам, покатился по городу. Через час он въехал в какое-то огромное каменное сооружение, и друзей оставили в камере. Некоторое время спустя им принесли еду, а затем появился оружейник и стал расспрашивать об оружии.
Дик не мог ничего ответить, не зная названий и тех видов, которые были у людей. В конце концов их провели в оружейную и показали все, что было. Друзья выбрали себе легкое оружие, чем удивили присутствовавших.
На следующий день состоялся поединок.
— Вы не должны никого убивать. — Произнес человек, который, видимо, был хозяином арены.
В качестве противников выступали семь других человек, вооруженных так же, как семерка тигров. Победа была легкой. Противник не успел ничего сделать, как тигры, применив свои приемы, уложили людей на землю и обезоружили их.
Хозяин был доволен. Семерых друзей отправили в каменные комнаты. Они оказались среди таких же воинов, и вскоре стало ясно, что они были не просто переданы, а проданы, как рабы-гладиаторы.
— Посмотрим, чем это закончится. — Сказал Дик своим друзьям. — Сейчас наша задача — как можно больше узнать.
Знания приходили постепенно. Из рассказов гладиаторов, коротких разговоров с охранниками и хозяином. Из наблюдений через зарешеченные окна.
Это был рабовладельческий мир. Все люди подразделялись на рабов и хозяев. Вся техника ограничивалась телегами, парусными кораблями, тяголовым скотом, мастерскими, где ковалось оружие и другие металлические предметы, ручными ткацкими артелями. Последние были единственными в своем роде. В них работали не рабы, а свободные люди. Но и они не были полностью свободны. Тот, кто прекращал работать, вновь становился рабом хозяина артели. Отношения в них были настолько сложны, что никто не смог толком объяснить их.