Полностью сосредоточившись на дороге, Кирик не заметил, как они приблизились к Берне. Только когда Даниэль стал придерживать коня, юноша вдруг сообразил, что до городских ворот рукой подать. Прямо перед ним возвышались поросшие мхом стены древней крепости, на её мрачных башнях неестественно ярко сияли золотые шпили с красно-сине-жёлтыми стягами королевского рода Берны. Кир озабоченно посмотрел на бледно-розовое солнце, клонившееся к горизонту, потом на множество всадников, купеческих обозов и крестьянских телег, столпившихся перед воротами. Все они спешили попасть в город, но времени оставалось мало. В Берне, как и в прочих тинуских городах, ворота закрывались с последними лучами солнца.

Даниэль надменно оглядел толпу, отделяющую его от ворот Берны, и полез в карман. Он извлёк на свет что-то блестящее и положил на забинтованную руку. Снедаемый любопытством Кирик протиснулся ближе и, увидев на ладони хозяина крохотную золотую стрекозку, едва не задохнулся от восхищения. Даниэль склонился к ней и что-то прошептал. Усики стрекозки дрогнули, крылышки затрепетали и, сорвавшись с руки мага, она устремилась к замку. Кирик зачарованно смотрел вслед чудесному созданию: "Она не может быть творением человека… Слишком красива…" Юноша огляделся, но, кроме него, никто не обратил внимания на волшебное насекомое. Кир нервно поёжился и заставил себя посмотреть на хозяина. Даниэль сидел в седле, словно статуя. Лицо его было мертвенно-бледным, глаза - устремлены на замок, губы что-то беззвучно шептали. Кирик озабоченно потёр переносицу: "Знать бы, с кем он. Если с Плеядой - я буду в безопасности, да ещё сыт и одет! А вот если он отщепенец… Встречи с карателями не избежать! А те разбираться не станут - прибьют вместе с хозяином!"

Даниэль резко обернулся и вперил суровый взгляд в лицо слуги:

- Не мешай!

- Простите, сударь, - запинаясь, прошептал Кир, решив, что забылся и начал говорить вслух.

- Молчи… - едва слышно произнёс Даниэль и вновь устремил взгляд на знакомый до боли замок…