Оставалась, однако, и тайная проституция, ибо далеко не все хотели регистрироваться в комитете или могли сделать это по возрасту (бланки выдавали с 17 лет, к работе в борделе допускали с 21 года). Сюда же входил и особый вид торговли телом, бурно развившийся в Петербурге в 10-х годах ХХ века – проституция детская.
Общественность сразу обратила внимание на то, что существование комитетов как бы входит в противоречие с законом. С одной стороны, законодательное запрещение «непотребства», с другой – его административное разрешение. Падшую женщину оставляли без паспорта – даже при переезде из города в город ей его не возвращали, а выписывали проходное свидетельство. А, как известно, во все времена в России человек без паспорта человеком как бы вообще не числился.
И вновь разгорелся давний спор аболиционистов (так когда-то называли сторонников движения за отмену рабства в Америке, а теперь это наименование приняли противники всякого социального контроля над проституцией) и регламентистов, требующих самого строгого подчинения проституток особым мерам надзора.
Врач Калинкинской больницы Б. И. Бентовин в своей книге «Торгующая телом» (1910) писал:
«Впечатление получается неизменно такое, что законодательная власть всячески открещивается от своей солидарности с деятельностью врачебно-полицейских комитетов». И далее: «Такое милостивое внимание «начальства» (имеются в виду комитеты – М.О.) должно быть истолковано серой, неинтеллигентной средой не иначе как в смысле дозволенности и даже желательности привлечения к проституции свежих элементов. Не раз при мне проститутки высказывали следующую мысль: «Значит, мы нужны, если с нами так возятся и комитет, и смотрители, и врачи, и полиция… А набирают нас без всякой задержки… Плепорции нет… Приходи, наша сестра, сколько хочешь – всех возьмут!..»
Число публичных домов стало неуклонно расти. В 1852 году в Петербурге насчитывалось 152 борделя, в которых «работали» 884 женщины. Размещались они главным образом в районе Слоновой улицы (ныне – Суворовский проспект). В 1879 году в городе уже функционировало 206 публичных домов с 1528 проститутками.