Он ждал и невольно страшился этого неизбежного мига, но железная воля не позволяла выпустить заклинание, принуждая отчаянно бороться до самого конца. И когда виски заломило от ужасного перенапряжения, а из носа и ушей привычно закапала кровь, белое марево на кристалле вдруг дрогнуло и развеялось. Появились очертания какого-то огромного мрачного зала, освещаемого зловеще мерцающим красным светом, сияние которого исходило откуда-то из центра, а на полированных поверхностях чёрных стен отражались многочисленные огненные сполохи, словно от огромного пылающего костра. Пробежав по стенам и даже потолку зала, магическое око оракула сфокусировалось на дальнем его конце, а точнее, на находящихся там двух безобразно мускулистых, огромных фигурах, свекольный цвет кожи которых и длинные витые рога на головах красноречиво характеризовали незнакомцев как двух демонов Адского Пекла. Опытный оракул даже по не очень чёткому изображению в кристалле, разумеется, сразу же догадался, что перед ним предстали демоны высшей касты, элита легионов проклятых. Римус буквально всей кожей ощутил тугие волны дурной, свирепой магической силы переменчивых потоков огненного Хаоса, исходящей от изображённых в кристалле демонов. Один из них величественно восседал на массивном каменном троне, другой, потупив взор, стоял у его подножия. Такой невероятно удачный «улов» никак нельзя было отпускать. Уже теряющий от боли сознание оракул, мобилизовав жалкие остатки сил, заставил себя ещё на пару минут удержаться у просветлевшего кристалла и стал невольным свидетелем следующего диалога.

– …Да, мой господин! – громыхнул стоящий внизу демон, отвечая на прозвучавший ранее вопрос, и попытался опуститься перед троном на колено. Но тут же был ловко подхвачен под руку мощным хвостом сидящего на троне правителя и удержан на ногах.

– Полноте, Габвель! – гораздо тише ответствовал этот второй, наделённый властью, пока что безымянный демон. – Такому высокородному воинственному герцогу не пристало опускаться перед кем-либо на колени! Тем более перед жалким пленником Хаоса, не способным даже самостоятельно выбраться из заточения.