Единым махом опростав его до дна, утомившийся Римус снова без сил рухнул на пол и в ожидании действия зелья перевалился на спину. Но старый оракул вовсе не валялся без толку на полу. Минуты своей временной беспомощности он потратил на восстановление в памяти подслушанного диалога демонов. Из-за чудовищной головной боли непосредственно во время магического контакта он толком не воспринял львиную долю услышанной и увиденной информации, но простенькое заклинание, предусмотрительно наложенное на самого себя заранее, надёжно зафиксировало в памяти весь подслушанный и подсмотренный эпизод разговора до малейшего слова. Как и положено, ровно через восемь с половиной минут целебное зелье подействовало. Старое тело наполнилось живительной силой, и встрепенувшийся оракул, по-молодецки оттолкнувшись спиной от пола, вскочил на ноги. Оказавшись в вертикальном положении, чародей не бросился вон из комнаты, разнося направо и налево подслушанную новость. Нет, прагматик по натуре, он привык сперва искать собственную выгоду, предпочитая пусть и громкой, но кратковременной и скоротечной славе полновесные золотые монеты, навсегда оседающие в его большом кованом сундуке. Умение максимально извлекать выгоду из любого подвернувшегося благоприятного случая сделало из обычного заурядного и не блещущего талантом медиума респектабельного и преуспевающего оракула и позволило Римусу заработать за годы чародейской практики очень приличное состояние. Вот и теперь, прежде чем доводить с таким трудом добытую информацию до остального эльфийского сообщества, старый лис Римус принялся сосредоточенно мерить шагами крохотную комнатёнку магической лаборатории, ломая голову над тем, как же лучше распорядиться угодившим ему в руки сокровищем.