— В кабинке наверняка был полумрак, — предположил Константин.
Лариса кивнула головой:
— Парень этого не скрывает, но утверждает, что у него хорошее зрение, однако пристально жениха не разглядывал, это тоже правда.
— Фотографию Гурова ему показывала? — осведомился Кравченко.
— Конечно. Ответ: чем-то похож.
— Да, при данных обстоятельствах Петр Семенович не отпадает, — обрадовался Скворцов. Возненавидев врача с первого взгляда, он нутром чуял: этого типа нельзя спускать с крючка. Его страшно огорчало, что на все его предложения по Гурову коллеги смотрели поверхностно. Но теперь Алексей Степанович произнес слова, которые отозвались в душе Константина сладкой музыкой:
— Усилить наблюдение за Гуровым и выяснить, была ли Ларцева у него на приеме.
Глава 9
— А, знакомые все лица, — Гуров широко улыбнулся Киселеву и Скворцову. — Вы поговорить или сердечко пошаливает?
Константин почувствовал, что готов растерзать «милашку доктора», и сжал кулаки в карманах, усилием воли изобразив на лице дружелюбную гримасу.
— Конечно, лучше бы на прием, чем по делу, — ответил он. — Хотя больное сердце — это тоже плохо.
Взгляд Гурова стал жестким:
— Сейчас вы беспокоите меня на рабочем месте. Я не знаю, какое у вас ко мне дело, зато знаю, что чист перед законом. Если вам так необходимо побеседовать со мной, надо было записаться. Вы не думаете о репутации честных граждан. Меня, между прочим, ждут больные.
— Чем чаще вижу вас, тем больше думаю о вашей святости, — с иронией заметил Павел. — И все-таки вам придется принять нас без очереди. Или вызвать вас повесткой? Вот когда начнутся разговоры.
Петр Семенович указал им на диван: