"Страшные мы что ли? — с обидою подумала Ее Величество. — Грудою костей не лежим. Спим, едим, удовольствие себе доставляем. Красиво жить не запретишь, если возможностей достает. Вампиры не виноваты, что людям такая способность не дана. Встретились. Полюбили друг друга…"

— Дорогая, ты здорова? Вид у тебя не важный, — встревожился Его Величество, поглядев на нее поверх газеты.

— Мой вид — мой вид, а как мне быть здоровой, если носишься неизвестно где, проходишь мимо спальни, будто нет ее, совершенно не интересуясь своей женой! — с горечью укорила она мужа.

Глаза ее внимательно изучали его лицо, пытаясь найти хоть что-то успокаивающее. Вымученная улыбка (смех и слезы, даром что вампир!), морщина через весь лоб. "Вампир ли он?" — подумала она с тоской. И странно противно стало ей, тошно, будто кто в глаз поплевал. Ведь прячет за улыбочкой своей новую пассию или проигрался в пух и прах. Наревелась, хватит! Она резко встала и заставила себя улыбнуться. Она и раньше никогда не выдавала истинных чувств ни вампирам, ни людям. Люди те вообще ничего кроме масок не видели. Тем более теперь, когда жизнь повернулась пока еще не задом, но уже боком.

— Милый, Котофей Баюнович не появился ли во дворце? — уныло поинтересовалась она.

Его Величество отрицательно качнул головой.

— Давненько не вижу его. Дорогая, может быть, объяснишь мне, что происходит. Мы с ним не столько дружны, сколько партнеры, но я волнуюсь…

— Убыл в имение Маменьки, посмотреть как она там, как избы и усадьба, — призналась Ее Величество. — Наследнику положено иметь представление о наследстве. Оборотни исследовали место, где маменьку нашли, и вернулись, а он отправился за избами… С тех пор никаких известий не получаю. В толк не возьму, что случилось…