– Совсем в другом конце галактики, не так ли? – заметил Бай.

– То, о чем хочет поведать Шарки – преимущественно вам, а, возможно, и мне, – продолжал Роб, – состоит в том, что семь лет назад «Маджестика» сразу же после старта с полигона на Далекой звезде в гиперкосмос бесследно исчезла. Отец Шарки был одним из двух тысяч человек, погибших вместе с кораблем.

Еле слышно Роб добавил:

– Капитаном «Маджестики» был Дункан Эдисон.

Джо Маккэндлис изумленно спросил:

– Твой отец?

Роб кивнул головой, не спуская глаз с Керри Шарки.

В наступившей тишине был слышен шум потолочных кондиционеров, фильтрующих воздух с немного сладким запахом от специальных добавок против бактерий. Возле двери так и стояла группа ребят, ставших случайными свидетелями этого разговора.

«Что ж, наверное, было наивным надеяться на то, что можно скрыть навсегда печальное событие семилетней давности», – подумал Роб.

– Расскажи своим друзьям все остальное, Эдисон, – не унимался Керри Шарки.

Роб шагнул вперед. Видя, что он пришел в ярость, Бай Винтерз взял друга за руку. Роб отбросил его руку.

– Что за удовольствие тебе от всего этого, Шарки?

– На «Маджестике» погиб мой отец! Среди остальных двух тысяч человек. А твой отец командовал кораблем.

– Мой отец не был виновен…

Керри Шарки, насмешливо фыркнув, перебил его:

– Я знаю, ты все время это повторял на Ламбет. Скажи ребятам, к какому заключению пришла комиссия по расследованию после завершения своей работы.

На горле Роба сильно дернулся один из мускулов. Шарки невозмутимо продолжал:

– Ну ладно, тогда я скажу. Следственная комиссия, изучив магнитофонную запись голоса командира Эдисона, дала такую оценку – ПКК.

Тэл Эрун, отец которого был начальником летного состава – он погиб при взрыве на пусковой площадке, – первым догадался, как расшифровывается вывод, сделанный комиссией. Тэл тихо спросил: