- Так что же однажды ночью? - нетерпеливо напомнила Надя, разливая коньяк по пластмассовым стаканчикам.

- Да, так вот однажды ночью. - Баронесса неспешно выпила, закусила бутербродом с сыром. - Однажды ночью Николай Дмитрич явился на свидание, это было на краю болота, вблизи кладбища, и когда уста возлюбленных соединились в жарком лобзании, с болота выбежал огромный кабан и растерзал барона, но, что самое удивительное, девушку даже не тронул.

- И когда это случилось? - поинтересовалась Надя, разливая чай по тем же стаканчикам.

- Сейчас вспомню. Ну да, в 1899 году, в ночь с 12 на 13 октября.

- Очень интересно, - пробормотала Чаликова. - A сейчас у нас 1999 год, октябрь... и тоже ночь с двенадцатого на тринадцатое! Это что, просто совпадение?

- Я не верю в совпадения! - побледнев, ответила баронесса. - Это судьба! Год, месяц, число, барон Свинтус и Ник Свинтусов, и почти в том же самом месте...

- И как вы это объясняете?

- Здесь может быть только одно объяснение. Наверняка у Свинтуса были внебрачные дети, может быть, даже от той самой девицы. И вполне возможно, что они могли носить фамилию Свинтусовых. Значит, можно с немалой долей вероятности предполагать, что наш Ник Свинтусов - потомок Николая Покровского, и что он стал жертвой родового проклятия!

- Ну, это уж вы, наверное, преувеличиваете, - осторожно возразила Надя.

- Ничуть нет! - воскликнула Хелен фон Ачкасофф. - Все сходится.

- Все, да не все, - заметила Чаликова. - Николая Дмитрича загрыз какой-то полудемонический кабан, а Свинтусова застрелили вполне реальной пулей.

- Ну, стопроцентных совпадений не бывает, - ответила баронесса, - но и того, что есть, более чем достаточно. Впрочем, Покровских преследовали не только страшные кабаны и прочие метафизические ужасы, о которых я вам как-нибудь при случае поведаю, но и вполне реальные беды. Так, например, последний из баронов, Осип Никодимыч, был в 1918 году самым банальным образом расстрелян красными комиссарами.