– Ах! – Слейтер блаженно закрыл глаза. – Нектар!

– Я и сам удивляюсь, – сказал я, поджав губы. – Этот вкус резко отличается от «Боллинджера»!

И именно в этот момент вся атмосфера, казалось бы такая безоблачная, быстро испортилась. Слейтер решительно покончил со своим бокалом, вежливо упомянул о приглашении на обед, и не успели мы глазом моргнуть, как дворецкий уже провожал нас к парадной двери. Просто ради удовольствия я положил пятицентовую монету в протянутую ладонь привратника в белой перчатке, когда он свистом подзывал нам такси. Но мне следовало бы знать, что на почве Пятой авеню произрастают уникальные человеческие образчики. Привратник лишь неумолимо улыбнулся и позволил монете проскользнуть сквозь пальцы на тротуар. Затем он аккуратно закрыл дверь, зацепив при этом мою щиколотку, когда я проследовал за Шэрон О’Берн к такси.

– Куда? – спросил водитель; я все еще растирал ушибленную лодыжку.

– Может быть, поехать пообедать? – пробормотал я.

– Здорово! Это прекрасная мысль, приятель, – ядовито сказал он. – Как насчет «Четырех сезонов»?

– Думаю, подойдет, – сказала Шэрон без всякого энтузиазма в голосе.

– Прекрасно. – Я делано улыбнулся и выпрямился.

Судя по ощущению в лодыжке, пройдет год, прежде чем я смогу снова нормально ходить.

– Итак, как мы видим, нас теперь трое, – разглагольствовал шофер. – И где же мы обедаем?

– Я не слишком голодна, – невнятно пробормотала Шэрон.

– Тогда как насчет того, чтобы порулить, пока мы с твоим возлюбленным съедим по гамбургеру в «21»? – предложил шофер.

– А как насчет того, чтобы сделать несколько кругов вокруг парка, пока мы будем обдумывать это предложение? – огрызнулся я. – Или будем ждать, пока ваш, мисс О’Берн, партнер по комическим диалогам сдвинет наконец с места машину?