Такси рванулось, словно машину наподдал десятитонный грузовик, и, когда я пришел в себя, мы уже оказались в парке.

– Послушайте, – неожиданно сказала Шэрон, – честно сказать, я не голодна. Сандвич с каким-нибудь напитком подошел бы. Но мне действительно необходимо с вами переговорить в каком-либо спокойном месте.

– О’кей. – Хитрая мысль, словно шкодливая кошка на бесшумных мягких лапах, уже прокралась в мой мозг. – А не отправиться ли нам ко мне? – как можно безразличнее сказал я, желая, чтобы это предложение прозвучало как экспромт.

– Хорошо, – сказала Шэрон не задумываясь.

– Центральный парк, Вест-Сайд, – сообщил я шоферу свой адрес.

– Понятно, – прохрюкал доморощенный комик.

Мы поднялись в мои апартаменты, и я прежде всего налил нам спиртного, потом, оставив Шэрон восхищаться видом на парк, отправился в кухню готовить сандвичи с икрой и крабовым мясом. Не то чтобы я все время так питался, просто эти местные деликатесы имелись в доме специально для тех экстраординарных случаев, когда игра стоит свеч. Шэрон уселась рядом со мной на диван и, откусив от своего первого сандвича, выразила некоторое удивление. Я же мысленно начал планировать продолжение этого вечера. Вид на парк бывает гораздо лучше, если в гостиной выключить свет. И это обещает отличное начало.

– Вы были нетактичны с Эдвином Слейтером, – недовольно начала Шэрон.

– А я и не притворялся, – сказал я, защищаясь. – Хочу напомнить, как он обошелся со мной…

– Он же клиент! – холодно отрезала она.

– К тому же еще и чокнутый! – огрызнулся я. – Настоящий спятивший патриот.

– В любом случае это вовсе не важно, – решительно сказала Шэрон. – Но я хочу, чтобы вы запомнили на будущее: пока имеете дело с моей галереей…

Прозвенел дверной звонок. Она не закончила предложения и одарила меня понимающим взглядом.

– Разрази меня гром, если я знаю, кто это, – в замешательстве пробормотал я.