- Знаешь что, Юджин? - прошептал он, выкатив глаза. - Не нравится мне эта затея, ох, как не нравится!.. И учения тоже не нравятся. Я не знаю, что там, наверху, стряслось, но что-то явно произошло... Люди какими-то другими в последнее время стали, не замечал?.. На днях получил приватный "факс" от соотечественника - он на севере, как и я, по контракту служит так вот, он сообщает о странных галлюцинациях, которые стали его преследовать... Сначала ему только снилось это по ночам, а потом и средь бела дня... Представляешь: видит он кровь на своих пальцах - но только он, и никто больше!.. Месяц назад застрелился мой кузен - служил в блиндерах. В предсмертной записке на имя командира сообщил, что не может больше давить гусеницами живых людей!.. И никто ничего не знает, потому что командование пресекает все слухи на корню!.. Говорят, в соседнем полку, у артиллеристов, офицеров собирали вчера на экстренное совещание, но предварительно взяли с них подписку о строжайшем неразглашении... Мне уже и самому начинает Бог знает что лезть в голову!.. Лес здесь вроде бы подозрительный, нет? Ты это... би керфл, Юджин! Может быть...

Тут ротный вдруг так же неожиданно, как и начал говорить, замолчал, резко повернулся и пошел, не выбирая дороги, прямо через кусты.

Вот тогда-то до меня, наконец, дошло: предстоящий выход на задание мне почему-то было не по душе, аж озноб по всей коже драл наждачной бумагой...

А потом был вылет. В неизвестность, в ночь, в тыл врага, как писали в книгах о давней - и слава Богу, последней - мировой войне.

Надо сказать, что полковник Калькута сделал все для того, чтобы мы чувствовали себя как перед отправкой на реальное боевое задание. Он примчался на аэродром в своем заляпанном лесной глиной "рейнджровере" на воздушной подушке, с выключенными фарами, как раз в тот момент, когда мои ребята перекуривали у края взлетной площадки, попирая правила светомаскировки. Члены экипажа транспортного "джампа", сердитые из-за того, что по нашей милости им приходилось лететь в ночь, шныряли под брюхом и в разверстом чреве "борта", обсуждая какую-то мелкую, судя по их словам, неполадку. Правда, при этом они почему-то то и дело били кувалдой по бронированному металлу, громко советуя друг другу: "Ломиком, ломиком эту заразу подцепи, мать твою!"...