Поначалу мы не поняли.

- Нужно снять комбинезон...

- В деклимационной камере вы сможете достать? Да? - К нему подошел Степан Шалый.

Тиридан кивнул в знак согласия и медленно, степенно пошел вслед за физиком.

- Джамирдзе! Бимба! Я слышал, ты хочешь присоединиться ко мне. Не делай глупости. Мне уже ничто не поможет, а у тебя все впереди. Здесь мы сможем обрести лишь тривиальную смерть.

Джамирдзе громко расхохотался, искренне и беспечно, как мальчишка:

- Старый проповедник, не уговаривай меня. Утешься тем, что я не к тебе иду, а просто из любопытства лезу в гравитационную ловушку. Понял? Твоя совесть чиста! Ты никого не губишь.

- Бимба, ты, как всегда...

- Вот когда привезу тебе краюху хлеба, вот тогда оценишь мою преданность, - не унимался Джамирдзе.

Тиридан возвратился в зал с небольшим плоским с виду медным футляром. Начал открывать его, но неудобный комбинезон мешал это сделать. Наруцен и Вирдан безуспешно помогали ему.

- Разрешите мне, - попросил Драголюб.

Центуриане благоговейно, торжественно передали футляр в руки командира нашего корабля.

- Эта книга написана на языке диору...

И вот мы увидели ее, КНИГУ БОРУКАНА. Она оказалась совсем тоненькой, но в твердой обложке из центурианского дерева сона, на которой искусная инкрустация изображала круг и лучи. При первом взгляде это напоминало солнце. Но стрелочки на лучах направлены к солнцу, а не от него. Кроме этого, на обложке не было ни одного слова или знака.

- Вам известно, что это обозначает? - спросил Драголюб Тиридана.

- Нет...

- Большинство цивилизаций, известных нам, именно так обозначают гравитационную западню, "черную дыру", ядро гравитационного коллапса, кто как предпочитает называть это.

Открыли обложку.

- Зоряна, среди нас ты лучше всех владеешь языками центуриан, сказал Драголюб, с волнением протягивая девушке книгу. - Точнее тебя мы не прочтем.