«Куда отправляются шлюхи», — такими были последние слова отца. «Его последние слова, и какие!» — Арбалет тренькнул, лорд Тайвин осел назад, и Тирион Ланнистер оказался в темноте, ковыляющим бок о бок с Варисом. Должно быть, он каким-то чудом сумел спуститься по шахте на двести тридцать ступенек туда, где сияли оранжевые угли в глотке железного дракона. Но он не помнил, как там очутился. Только звук арбалета, и вонь отцовского кишечника. — «Даже умирая, он ухитрился меня обгадить».

Варис проводил его сквозь туннели, но они не перемолвились и словом, пока не добрались до Черноводной, где Тирион одержал великую победу и оставил половину носа. Здесь карлик повернулся к евнуху и тоном, которым человек обычно сообщает о том, что уколол себе палец, поведал:

— Я убил отца.

Хозяин шептунов был одет в изъеденную молью коричневую рясу из грубой ткани с капюшоном, который скрывал гладкие толстые щеки и круглую лысую голову.

— Лучше б вы не поднимались по той лестнице, — укоризненно сказал он.

— Куда отправляются шлюхи, — Тирион предупреждал отца не произносить при нем этого слова.

«Если б я не выстрелил, он бы увидел, что это лишь пустые угрозы. Он бы вырвал арбалет у меня из рук, как вырвал из моих рук Тишу. Он уже поднимался, когда я его убил».

— Я убил и Шаю, — признался он Варису.

— Вы знали, кем она была.

— Знал. Но никогда не думал, кем окажется он.

Варис хихикнул:

— А теперь знаете.

«Нужно было прикончить и евнуха тоже». — Кровью на руках больше, кровью меньше, какая разница? Он не мог точно сказать, что удержало его руку с кинжалом. Только не признательность. Варис спас его от палача, но только потому, что на него нажал Джейме. — «Джейме… нет, лучше о нем не думать».

Вместо этого он нашарил целый мех с вином, и присосался к нему как к материнской груди.