Он только приступил к расспросу часового, как его прервал крик, донесшийся со стороны палаток белых, и он увидел боя Бертона, бегущего к нему с встревоженным видом.

-- Идите скорее, Бвана, -- крикнул бой. -- Скорее сюда!

-- В чем дело? Что стряслось? -- спросил Рамсгейт.

-- Я иду в палатка. Я нахожу Бвана Бертона на полу. Он мертвый!

Рамсгейт ринулся к палатке Бертона, Тарзан следом за ним. Голт не отставал от них.

На полу ничком лежало тело Бертона, одетого в одну лишь пижаму. Рядом валялся опрокинутый стул и виднелись следы ожесточенной борьбы.

Пока трое прибывших осматривали тело, в палатку вошли Романов и Трент.

-- Это ужасно, -- воскликнул Романов, вздрогнув. -- Кто мог это сделать?

Трент ничего не сказал. Он просто стоял и глядел на распростертое тело.

Бертона закололи в спину. Нож вошел под левую лопатку снизу и пронзил сердце. На горле виднелись синяки, свидетельствующие о том, что убийца задушил его, чтобы тот не смог позвать на помощь.

-- Тот, кто это сделал, -- человек недюжинной силы, -- сказал Романов. -- Лейтенант Бертон сам был весьма силен.

И тут они с изумлением увидели, что белый незнакомец берет командование в свои руки.

Тарзан переложил тело с пола на койку и прикрыл его одеялом. Затем низко наклонился и внимательно осмотрел следы на шее Бертона. Тарзан вышел наружу, и люди, озадаченные и испуганные, последовали за ним.

Выйдя из палатки, перед которой собрались практически все участники сафари, Рамсгейт увидел свою сестру, подходящую к ним.

-- Что произошло? -- спросила она. -- Случилось что-нибудь?

Рамсгейт шагнул к ней и встал рядом. -- Случилось нечто ужасное, Бэбс, -- сказал он, избегая ее вопросительного взгляда. Затем увел ее обратно в палатку, где рассказал о том, что произошло.