- Удачный удар, - ответил Малларган, - но это простое стечение обстоятельств.

- Ну да... Он тебя уделал так, будто ты выступаешь в весе "петуха", зато грохнулся ты как настоящий тяжеловес. Ладно! Будем считать, что ему повезло.

- Но он не человек. Слышал, как он рычал? Как лев или другая зверюга.

- И все же, что они собираются с нами сделать?

- Не думаю, что они собираются убить нас. Если бы они хотели сделать это, они кокнули бы нас на том же самом месте, где схватили. Какой смысл тащить нас с собой, чтобы убить?

- Надеюсь, в этом ты прав.

Пешеходная тропа, по которой бабанго вели своих пленников, причудливо вилась по лесу. Она едва достигала восемнадцати дюймов в ширину - узкий глубокий желобок, вытоптанный ногами бесчисленного количества людей и лапами животных за бесчисленное количество лет. В конце концов тропа привела их к некоему подобию лагеря, раскинувшемуся на обоих берегах ручья в месте его впадения в реку. Некогда здесь стояла деревня, в которой жили люди. Тогда она располагалась на вырубке, теперь же этот участок был почти полностью вновь отвоеван джунглями.

Когда троих мужчин вели через лагерь, их окружили вопящие женщины и дети. Женщины плевались, дети бросали палки в пленников до тех пор, пока конвоиры не отогнали их. На шеи пленников набросили петли из веревок, концы которых привязали к небольшому деревцу.

Маркс, окончательно выбившийся из сил, рухнул на землю. Малларган сел, прислонившись спиной к дереву. Тарзан продолжал стоять, внимательно осматривая все вокруг и явно сосредоточившись на мысли о побеге.

- Черт возьми, - простонал Маркс, - я совсем выдохся.

- Ты никогда не напрягал свои ходули, - безжалостным тоном ответил Малларган. - Заставлял меня пробегать каждый день по шесть миль, а сам колесил за мной в автомобиле.

- Что это? - внезапно спросил Маркс.

- Что именно?

- Разве ты не слышишь эти стоны? Звуки доносились со стороны ручья, который они не могли видеть из-за разросшейся растительности.