Забыв о боли в ребрах, Эннеари привстал невольно, потянулся - и, едва удержав рвущийся сквозь стиснутые зубы стон, рухнул обратно.

- Цел твой лук. - Незнакомец обернулся к Эннеари. - Я уже проверил. Прости, что посамовольничал малость. - Его рука дотронулась до чехла. Хочешь сам поглядеть?

- Не лук, - Эннеари помотал головой. - Зеркало.

- Держи, - усмехнулся человек. - Мне бы тоже на твоем месте убедиться захотелось. Сам в первый раз такое вижу - тебя лавиной в кровь ободрало, а зеркало целехонько.

Если лавина и нанесла Эннеари кровавые раны, то не все - однако рассказывать об этом он не собирался.

Едва заполучив зеркальце в руки, Эннеари откинул волосы с лица и очень тщательно вгляделся в свое отражение. Стекло и впрямь уцелело - чего нельзя было сказать о нем самом. Рассеченная стрелой щека выглядела скверно.

- Ты прав, это надо промыть. - Слова у незнакомца, похоже, не расходились с делом: он еще фразу не успел докончить, а рука его уже тянулась за флягой.

- Не надо, - произнес Эннеари. - Лучше всего оставить это, как есть.

- Шрам будет здоровенный, это точно, - сочувственно произнес человек.

- Не будет шрама, - рассеянно возразил Эннеари, тщательно осматривая широкий развал раны.

Человек пожал плечами, явно собираясь что-то сказать, но передумал.

- Не будет шрама, - повторил Эннеари, откладывая зеркало и вновь берясь за чашу с остатками вина. - Это выглядит только плохо - а заживет быстро.

Человек снова пожал плечами.

- Тебе виднее, - промолвил он. - Я ведь, по правде говоря, не знаю, как эльфов лечить надо.

Он принял из рук Эннеари опустевшую чашу и налил в нее вина из котелка - на сей раз для себя. Эннеари устроился поудобнее и полусмежил веки - не для того, чтобы задремать, а чтобы без помех приглядеться к незнакомцу. Обижать своего спасителя Эннеари не хотелось ну нипочем - а люди отчего-то обижаются, когда их рассматривают прямо и открыто. Что такого оскорбительного может содержать в себе взгляд, Эннеари так и не уяснил - но то, что присматриваться к людям лучше украдкой, запомнил твердо.