От меня не требовали связаться с революционерами или бандитами. Пока что мне предстояло просто побродить по Риму и окрестностям и постараться поговорить со всеми, кто как-то знаком с отцом Бретаном. Затем я должен составить отчет о своих действиях, сделать выводы относительно маршрута его бегства и местонахождения в настоящее время, после чего вернуться домой. Связь — через человека в посольстве. Очевидно, конспирация не слишком заботила моих работодателей, потому что этот человек был офицером контрразведки. Кроме того, мне предписывалось посетить несколько музеев и картинных галерей, чтобы поведение выглядело естественным. По выполнении поручения мой временный работодатель должен позаботиться о том, чтобы обвинения, предъявленные мне в Нью-Йорке, были сняты. Во всем этом плане мне особенно понравилось то обстоятельство, что поездка в Европу оплачивалась из моего кармана, а не из жирного тайного бюджета работодателей.

Разумеется, я подозревал, что мое задание не ограничивается тем, о чем мне соблаговолили сообщить. Я не считаю правильным посылать бойца в бой с голыми руками, если можно вооружить его до зубов, но мне хорошо знаком принцип служебной необходимости, который заключается в том, что исполнитель получает доступ только к данным, безусловно необходимым для выполнения конкретного задания. Этот принцип применяют неукоснительно, когда хотят скрыть чьи-либо действия. Значит, если понадобится дополнительная информация, мне ее предоставят, конечно при условии, что смогут со мной связаться, в смысле, я буду еще жив. Жизнь так устроена, что, когда обнаруживается нечто ценное, но добытое незаконным путем, там мгновенно собираются стервятники. Не желаю встречаться ни с кем из них, если этого можно избежать. Вот и все.

— Звездочка светлая, звездочка яркая, — пробормотал я, обращаясь к безымянной точке света в океане тьмы. — Дай бог, чтобы гипотеза доктора Бервика насчет моего прирожденного умения выходить сухим из воды оказалась верной.