— Я бы тоже с удовольствием помылась.

— Понимаю, — доктор брезгливо покосился на пациента, — Черти, говоришь, за ним гонятся. Еще один алкаш на мою бедную хрупкую шею, — ван Чех потер свою "лебяжью" шейку мощной ручищей.

— Могу предложить тебе душ в женском отделении. После такого обязательно надо бы помыться, постираться бы тоже не мешало, но тебе не во что переодеться.

— Не во что, — согласилась я, — не важно: помоюсь и уже хорошо.

Прибыли санитары и невозмутимо уложили мое сокровище на каталку. Сокровище всхрапнуло и тихо зачмокало.

— Соску просит, — откомментировал ван Чех и расхохотался.

Меня снабдили полотенцем и сопроводили в душ. Я плескалась себе в душе, пока не почувствовала чье-то присутствие. Это меня нервировало.

— Кто тут? — задала я вопрос в пустоту. Перед глазами замелькали черно-белые кадры фильма "Психо". Естественно мне никто не ответил. Я подумала, что неплохо бы выйти, но моя одежда за пределами душевой кабины, то есть там, где стоит некто. Внезапно меня посетила мысль.

— Пенелопа, это вы? — ответом мне слышна была тишина и сдавленный смешок.

— Кукбара? — в третий раз спросила я.

— А вот теперь ты совершенно права, девочка, — ласковый грудной голос отозвался мне. Я выключила воду.

— Подайте мне одежду, если вам не сложно.

В кабинку просунулась рука, держащая мои шмотки, закутанная белой шалью.

— Спасибо.

— Тебе спасибо, Брижит, ты привела сегодня замечательного паука. Его зовут Эдгард Эоне фон Зох. Слишком красивое имя для такого типа, он кошмарен, настоящий паук. Спасибо, такие редкие экземпляры на улице не валяются. Великолепный делирий!

— Самое страшное, что я подобрала его именно на улице, — мрачно сказала я.