Зимой Эланд посетила странная зараза, подчистую выкосившая самые знатные семьи. Из всех находившихся в Идаконе Арроев остался в живых лишь юный Рикаред, так что вернувшийся Рене неожиданно для себя самого оказался главой фамилии и некоронованным властителем герцогства Именно тогда он перестал улыбаться, впрочем, протектор из капитана вышел отменный. Рене оказался политиком от бога, что и доказал, заставив считаться с собой не только одряхлевшую Арцию, но и матерых хищников Эр-Атэва и Канг-Хаона.

Несколько неожиданных походов подтвердили репутацию идаконских маринеров и отбили у кого бы то ни было охоту замахиваться на эландское наследство. Фортуна, взявшая Арроя под крыло, демонстрировала редкостное постоянство. Впрочем, даже недоброжелатели молодого адмирала признавали, что удача - только полдела, остального Рене добивался сам...

В дверь робко постучали, и Роман приветливо откликнулся. Ладить с людьми у него давно вошло в привычку Это было куда проще и полезнее, чем убивать. Убивать Роман, кстати говоря, умел превосходно, хотя старался этим умением не злоупотреблять без крайней на то необходимости. Сейчас же он не ждал никакого подвоха. И действительно, вошла хозяйка, вполне заслуживающая прозвища Красотка Гвенда. Женщина, мило покраснев, сообщила, что внизу в общей зале все накрыто к обеду. Впрочем, если ясновельможный хочет откушать у себя, то...

Роман перебил Красотку. Нет, он с удовольствием спустится поболтать с селянами. Решение заезжего нобиля привело Гвенду в восторг - похвастаться подобным постояльцем не мог даже хозяин черемского "Золотого Кабана". Мысли женщины были столь очевидны, что Роман невольно улыбнулся и тут же себя одернул. Негоже расслабляться, выдать себя в придорожной харчевне было бы еще глупее, чем в королевском дворце. Нобиль одернул темно-синий колет, отцепил шпагу, оставив только кинжал в ножнах за спиной, и легко сбежал по крутым ступенькам в общий зал.