- Видно, он не ожидал, - сказал мужчина.

- А может быть, как раз напротив, - неопределенно буркнул Ноттинсен.

- Вы думаете, что свет погас? Но откуда взялась плесень? - спросил мужчина.

- Совсем не так! - Ноттинсен удивленно посмотрел на него. - Это не они. Это... они размножаются без всякого взрыва. Спокойно. Думаю, он что-то делал с этим большим паратреном в подземном помещении - речь шла о том, чтобы найти способ, позволяющий остановить их развитие и, не зная его, быть наготове на случай...

- Войны?

- Да.

- И что он там делал?

- Неизвестно. Это имело какое-то отношение к антиматерии. Ведь Вистерия уничтожает материю. Синтез антипротонов - образование силового поля деление - таков ее жизненный цикл.

Некоторое время они молча смотрели на работавших внизу людей.

Огоньки на дне воронки гасли один за другим. В серо-голубых сумерках люди карабкались вверх, таща за собой гибкие змеи проводов, - огромные, в асбестовых масках, по которым стекал дождь.

- Пошли, - отозвался Ноттинсен. - Ваши люди на шоссе?

- Да, не беспокойтесь. Никто не пройдет.

Дождь становился все мельче - порой казалось, что на лицах и одежде оседают только мелкие капельки тумана.

Они шли полем, обходя исковерканные, перекрученные и обгорелые стволы деревьев, валявшиеся в высокой траве.

- Даже сюда занесло. - Мужчина, шагавший рядом с Ноттинсеном, оглянулся. Однако все было покрыто серым, сгущающимся туманом.

- Завтра в это время все будет кончено, - сказал Ноттинсен.

Они подходили к шоссе.

- А... ветер не мог разнести это дальше?

Ноттинсен взглянул на него.

- Не думаю. Вероятнее всего, само давление, образовавшееся при взрыве, обратило их в прах. Ведь то, что здесь лежит, - он взглянул на поле, - это останки деревьев, а они росли в трехстах метрах от здания. От стен, аппаратуры, даже от фундамента ничего не осталось. Ни пылинки. Мы ведь все просеивали сквозь сетки, вы были при этом.