– Меня зовут Ашнетах, – проговорил он, когда Менемхет подошел. – Я хозяин Темного Пути. Пойдем.

Менемхет послушно шагал за обитателем оазиса, тщетно пытаясь понять, что же такое «Темный Путь»? Старшие жрецы, прошедшие последнее испытание, молчали о нем, а среди младших ходили самые невероятные слухи. Но Темный Путь не поминал никто.

По сторонам шелестели листьями финиковые пальмы, откуда-то доносился веселый плеск воды, меж ветвей порхали незнакомые птицы. Нос щекотал аромат цветов. «О, великий Ра!» – мимоходом подумал Менемхет. – «Как может цвести жизнь среди беспощадной пустыни, в царстве Сета-Убийцы?».

Он мазнул мимолетным взглядом по роскошным цветникам, только раз посмотрел на выложенный голубым мрамором бассейн (под открытым небом!). Даже чудесное птичье пение, доносящееся из кудрявых как жители Эфиопии, кустов, привлекло внимание лишь на миг.

Когда миновали еще один бассейн, то слева из зелени выплыла стена пирамиды. Черная, неровная, покрытая шрамами, словно шкура огромного чудовища, побывавшего во многих схватках. Оскаленной пастью казался вход – небольшой портик с толстыми, как баобабы, колоннами.

Ашнетах остановился, повернулся резко. Глаза на его изможденном лице сверкнули.

– Хочешь ли ты есть? Пить? – спросил он. – Или же путь по пескам утомил тебя? Если необходимо, я могу предоставить тебе время для отдыха, еду и питье. Неразумно вступать на Темный Путь, не будучи в полной силе.

– Нет, – ответил Менемхет, ощущая, как сердце бьется в груди все чаще, словно обезумевший узник в темнице. – Спасибо, но я не устал.

– Хорошо, – Ашнетах удовлетворенно склонил голову. – Тогда давай сюда своего ушастого. Он подождет хозяина в тени, там, где будет много воды и сена.

С изумлением Менемхет увидел на лице сурового жреца добрую улыбку. Словно осел, никчемная скотина, упрямая, точно тысяча демонов, вызвала у него добрые чувства!